В небольшом американском городке, где улицы кажутся одинаковыми, а вечера тихими, вдруг всё пошло наперекосяк. Шериф Миллер привык разбираться с обычными делами: пьяные ссоры, потерявшиеся собаки, мелкие кражи. Но в тот вечер телефонный звонок от мальчика по имени Майки прозвучал совсем иначе. Голос в трубке дрожал, ребёнок почти шептал, что в доме на Мейпл-стрит происходит что-то страшное. Майки боялся какого-то маленького мальчика, который якобы не должен там находиться.
Миллер приехал быстро. Дом выглядел самым обыкновенным: аккуратный газон, старый забор, свет в одном из окон на первом этаже. Майки открыл дверь, бледный, с широко распахнутыми глазами. Он твердил, что кто-то ходит по дому, что этот кто-то не человек. Шериф решил, что ребёнок просто напуган, возможно, насмотрелся страшных фильмов. Он велел Майки ждать в машине, а сам пошёл осматривать помещения.
На кухне всё было в порядке. В гостиной тоже. Но стоило спуститься в подвал, как воздух стал тяжёлым, холодным. Фонарик выхватил из темноты старый деревянный сундук, покрытый пылью и какими-то странными вырезанными знаками. Крышка была приоткрыта. Миллер подошёл ближе и замер. Внутри, на дне, лежали детские вещи: маленькие кроссовки, яркая футболка с мультипликационным героем, разноцветные браслеты. А потом луч света скользнул дальше.
Там, в углу подвала, лежали тела. Маленькие, неподвижные. Шериф почувствовал, как кровь отливает от лица. Он насчитал четверых детей. Все они выглядели так, будто уснули и больше не проснулись. Но среди них не было Майки. Мальчик, который звонил ему полчаса назад, исчез. Совсем.
Миллер поднялся наверх, сердце колотилось где-то в горле. Машина стояла на том же месте, дверца открыта, внутри никого. Он крикнул имя мальчика — тишина. Только ветер шевелил листья на клёне у крыльца. В этот момент шериф впервые по-настоящему понял, что столкнулся не с обычным преступлением. Что-то древнее, злое поселилось в этом доме. Что-то, что использует детей как приманку, а потом забирает их навсегда.
Он вернулся в подвал, чтобы ещё раз взглянуть на сундук. Теперь крышка была закрыта. Полностью. Хотя он точно помнил, что оставил её приоткрытой. На мгновение ему показалось, что внутри что-то шевельнулось. Тихо, почти неслышно, как будто кто-то маленький вздохнул. Миллер отступил назад, чувствуя, как по спине ползёт ледяной пот.
С тех пор в городке никто не произносит название улицы Мейпл-стрит вслух без дрожи в голосе. Люди стараются обходить тот дом стороной, даже если приходится делать большой крюк. Говорят, что по ночам из окон подвала иногда доносится детский смех. Очень тихий. И очень одинокий. А шериф Миллер больше не отвечает на ночные звонки от испуганных детей. Он просто сидит в своей машине с выключенными фарами и смотрит в темноту, ожидая, когда это наконец закончится. Хотя в глубине души уже понимает: оно не закончится никогда.
Читать далее...
Всего отзывов
0